Партнеры Живи добром

В гостях у графа. П.П.Шереметев: " Моя семья всегда развивала и ценила культуру"


Спасибо за приглашение. Посетить Ваш дом -  очень большая честь для меня. У Вас потрясающая коллекция картин…

Вы - в доме коллекционера. Я помешан на русских пейзажах и собираю уже много лет самые-самые удивительные картины, у меня большое количество работ 50-х годов прошлого века, когда советским, русским художникам было разрешено писать картины исключительно на военно-патриотические темы. В большинстве своём, все эти работы не были одобрены официально и назывались «подвальными». Живописью я никогда сам не занимался, но всегда был в неё влюблён и, когда я приехал в Россию, то стал искать такие картины. Они не все здесь собраны, в моей коллекции есть и другие уникальные полотна, и мастера. Особенно я люблю и ценю русского художника Фёдорова. В моей коллекции двадцать пять его картин, но они во Франции. Это уникальные картины, на мой взгляд, Фёдоров был одним из величайших русских пейзажистов. Он жил в Ивановской области, а как известно, эта область была духовно близка одному из самых грандиозных художников XIX века, особенному пейзажисту, Исааку Левитану. Здесь собраны несколько примеров того, как молодые художники Ивановской области, вдохновившись примером Левитана, изображают местные просторы. В этой коллекции есть также работы такого блистательного художника, как Булдыгин, он совсем недавно ушёл из жизни.



После событий 1917 года Ваша семья была вынуждена покинуть Россию. Мне бы хотелось узнать, как это произошло, ведь в то время было запрещено выезжать из страны и как дальше сложилась судьба Вашего рода?

Моих родных освободили из-под ареста в 1924 году. В 1925 г. вся семья, кроме двух старших детей, после смерти моего деда, решает выехать из России. Тогда единственным способом покинуть страну было замужество, и моя бабушка, по воле случая, выходит замуж за шведского дипломата и уезжает из России вместе со своими детьми. Шестеро из восьми детей отправились в эмиграцию, в том числе и мой отец, ему тогда было семнадцать лет, а в тюрьме он пребывал с десяти лет. Конечно, это очень сильно отразилось на его жизни, семья попала в Париж, где мой отец поступил в университет и получил образование и диплом инженера. На тот момент ему было 21 год, и он решает круто изменить свою жизнь: немедленно выехать из русского «гетто» Парижа в Африку, в Марокко. Он получает там работу и создаёт семью, привезя из Франции мою мать - Марину Дмитриевну Лёвшину-Кутузову. Спустя небольшой период времени на свет появились мы.

В то время Марокко только начинало развиваться, там не было ни крупной промышленности, ни условий для бизнеса, неподходящий климат, но было самое главное - свобода! То, что больше всего было нужно и нравилось отцу.  


Позже у Вашей семьи не возникало желания вернуться в Россию?

Моя семья никогда не хотела уезжать из Марокко, потому что мы не понимали, как возможно после стольких трагических моментов вернуться в Россию. Россия для нашей семьи была связана с большой трагедией - был расстрелян мой дядя, который остался в стране, погиб мой дед, и семья не видела причин для возвращения. Это была ужасная трагедия, в которой Россия потеряла миллионы людей в период с 1920 по 1935 год, кто-то был вынужден бежать из страны, кого-то попросту убили.


Вы – архитектор. Почему Вы решили реализоваться в такой, достаточно сложной, профессии?

Меня всегда привлекала архитектура. В 1953 году я решил выехать из Марокко в Париж и стал изучать архитектуру в самой главной парижской архитектурной школе, которую, после шести лет обучения, закончил с отличием. Как помощник архитектора, я начал работать ещё во время учёбы, денег не хватало и приходилось зарабатывать на хлеб самому. Мне повезло, я достаточно быстро открыл свой кабинет, но десять лет подряд работы было мало и доходы были минимальными. Я очень старался и много работал, все проекты делал сам, на протяжении этого времени я не брал помощников и весь объём работ был полностью моей ответственностью. Таким образом, я скопил немного денег, что позволило мне открыть бюро и расширить бизнес.



Я знаю, что у Вас были проекты по всему миру…

Проектов по всему миру нет, но, во всяком случае, по Франции, по африканским странам, в Саудовской Аравии, в Арабских Эмиратах. Позже я вышел на уникальные условия работы и жизни, потому что стало появляться много контрактов и крупных проектов, особенно в Саудовской Аравии. Это были мои самые большие контракты, которые спасли меня от бедности. Я и по сей день работаю как архитектор и возглавляю большую французскую строительную фирму, которая находится в Москве. 


В России и, в частности, в Москве, у Вас были проекты?

Да, но это было гораздо позже. Я впервые приехал в Москву в 1979 году, но не по вопросам работы, а по вопросам международных культурных связей между Францией и Россией, и представляете у меня это вышло! Я стал очень много работать в музыкальной сфере.


Вы уже около 30 лет посещаете Россию, занимаетесь общественной и культурной деятельностью, всегда ли это находит поддержку и отклик за рубежом, в том числе и у наших соотечественников?

Изначально, никто не хотел помогать мне в установлении международных культурных отношений Франции и России. Потому что мы считались во Франции беженцами, а моя семья и вовсе была против моего возвращения в Россию. Вероятнее всего, родные просто боялись, что меня задержат или что-то плохое произойдёт со мной, а в этой стране всё может быть! Я могу сказать одно, когда я прилетел в Россию, меня приняли с большим удивлением, интересом и неким энтузиазмом. И это нормально, я же не с улицы пришёл! Моя семья тесно связана с российской историей. Я каждый день благодарю бога, что родился Шереметевым, что мой род, род моей матери берёт начало от Рюрика. Я благодарю бога за то, что я не глуп и что мне повезло обладать большим количеством талантов. В России у меня достаточно большой список дел и начинаний, которые мне удалось воплотить в жизнь, но сказать, что я закончил работать, я не могу… Каждый день я продолжаю работать.

Для меня очень важно каждый день продолжать быть полезным для общества и себя не забывать.


Во Франции, в 20-е годы прошлого века, была создана Парижская консерватория им.Сергея Васильевича Рахманинова, сейчас Вы являетесь её ректором. Какую конкретно деятельность по развитию русской культуры во Франции проводит консерватория?

В 1985 году я стал ректором Парижской русской консерватории им.С.В.Рахманинова и, почти 30 лет, стараюсь защищать и отстаивать её интересы, доказывать и показывать аудитории все преимущества русской музыки. Каждый год я пытаюсь расширять масштабы её деятельности. Сейчас у нас обучаются около трёхсот пятидесяти учеников и преподают тридцать профессоров. С каждым годом наша консерватория растёт и с каждым годом нашей деятельностью интересуется всё больше и больше талантливых людей. Вместе, мы - защитники наших традиций. Наша консерватория живёт уже 90 лет и те люди, которые приехали после 1917 года, стали нашими соучредителями, в их числе: композитор Николай Черепнин, знаменитый певец Фёдор Шаляпин, композиторы Александр Глазунов и Александр Гречанинов. Кстати, немногим позже, история ещё раз свяжет меня с творчеством Глазунова. Так получилось, что в нашем дворце в Санкт-Петербурге, который имеет название «Фонтанный дом», собрана коллекция произведений Глазунова, его мебель, личные вещи, документы, им посвящены два зала. 


Мы - наследники русской культуры и наша консерватория - это продолжение традиций русского музыкального императорского общества в Петербурге. Я очень-очень дорожу всем тем, что удалось сделать, но и по сей день я продолжаю действовать и развивать консерваторию. Мы занимаемся всем, что связывает нас с русской культурой и русским языком, литературой, танцами. В нашей консерватории ведётся преподавание по всем классам музыкальных инструментов. Каждый год мы вводим обновления. Преподавательский состав - на тридцать процентов это русская профессура. Я всегда стараюсь привлечь русских преподавателей, но им нужно предоставить хорошие условия для жизни, что не всегда получается, ведь это не так просто. Большая проблема также в том, что их во Франции никто не знает.    

Культура для меня - это отдельный мир, в котором я существую, без каких-либо претензий и необоснованной гордости и тщеславия. Россия должна знать, что может рассчитывать на меня и таких же соотечественников.



Вы, ведь, тоже музыкант…

Да, я музыкант и уже очень много сделал в музыкальной среде. Также, снимался в фильмах, в небольших и простеньких ролях. Но совсем недавно я подписал контракт для съёмок в роли своего прадеда, фельдмаршала Суворова. Все говорят, что это очень удачный выбор, ведь я действительно на него похож. У меня даже есть несколько фотографий с проб к фильму.



Получило ли отклик в культурном сообществе создании интернациональной академии наук и искусств Парижа, на базе консерватории им.С.В.Рахманинова? И какова, на сегодняшний день, её деятельность?

Академия существует в Париже, но пока не даёт каких-то видимых результатов. Вы знаете, во Франции это не так просто, но люди всегда готовы участвовать.  


Каков, в целом, интерес публики во Франции к российскому искусству?

Французы обожают русскую культуру, они обожают русских композиторов. Сейчас я замечаю громадный интерес к творчеству Рахманинова. Есть очень много людей, которые интересуются творчеством русских артистов, художников и писателей. Интерес к художникам немного сейчас слабее, но всё же присутствует. Эта потеря произошло около двадцати лет назад, когда русские художники нового поколения начали продавать свои работы среднего качества за очень большие деньги, чем разочаровали французов.   



Во Франции Вы занимаетесь популяризацией русского языка, а также Вы член попечителей федерации русскоязычных писателей. На Ваш взгляд, востребована ли русская литература во Франции, в том числе современные российские авторы?

Я не могу сказать, что среди моих знакомых есть много современных авторов. Мне очень нравится творчество современного ижевского поэта Тяптина, который весьма талантливо, в стихах, описывает историю нашей с вами родины. Моя семья связана с историей России, поэтому в его книге мне встретились стихи и обо мне, и о моих предках. Касательно остальных современных авторов, то не могу вас осведомить об их востребованности. Мне, лично, нравится творчество Солженицына, его, конечно, непросто читать, но всё-таки… Из русской поэзии и русских талантов я отдаю предпочтение Пушкину, Лермонтову, Тургеневу, Лескову и так далее.


Уровень культурного воспитания в нашей стране с каждым днём становится ниже.

Это очень прискорбно. Культура в России на сегодняшний день обнищала духовностью. Сейчас, если смотреть, что транслируют по российскому телевидению, то кроме отрицательных впечатлений, ничего вынести для себя невозможно. Какой ужасный показатель! Сегодня русская культура стала вульгарной, пошлой. Это больше не культура, это лишённые таланта шоу, грубые и некультурные люди в телевизионных эфирах.



Как Вы думаете, у этой проблемы есть решение?

К сожалению, нет. Лично для меня. Как возможно решение подобной проблемы, когда повсеместно царствует грубость, пошлость и отсутствие достойного имиджа у талантливых людей?! Я не говорю, что все без таланта, но какие спектакли ставят - это ужас! А бесконечные шуты и юмористы, от стыда за которых можно упасть в обморок.

Оплот культурной жизни России - Большой театр… И его сотрясают скандалы, происходят ситуации, когда театр чуть не исчез, мне даже трудно представить, как подобное, вообще, возможно, я сейчас говорю о ситуации, в которой оказался Сергей Филин. Несмотря на всё это, балет продолжает жить, как продолжает жить классическая музыка. Мариинский театр - это яркий пример и показатель наших музыкальных талантов. Валерий Гергиев очень сильный шеф и руководитель. Благодаря его сестре Ларисе, между громадным Мариинским театром и нашей маленькой консерваторией в Париже теперь начинает устанавливаться нить сотрудничества. Я очень жалею об утраченной культуре, но у нас, на мой взгляд, есть один плюс - это православие. Православие, которое некоторым людям очень необходимо и очень помогает в жизни.


Насколько я знаю, Шереметевы всегда были богобоязненными…

Да! И православие - это нить которая меня ещё раз привязывает к России.


Сейчас культурной сфере, возможно, требуется принятие закона о меценатстве. На Ваш взгляд, такой закон поможет повысить культурный уровень страны и нужен ли подобный закон нашему государству?

Мне кажется, что неофициальная помощь ещё присутствует и это безусловный плюс, но до принятия подобного закона ещё далеко. Большое количество людей имеет достаточное количество денег, чтобы заниматься благотворительностью и помогать другим. Конечно, такой закон нужен. Это так просто - помогать культуре. Я, на примере консерватории, могу сказать, что культурные ценности нуждаются в материальной поддержке. Мы пытаемся сохранить и приумножить русскую культуру, сохранить нашу идентичность, и я очень рад, что у меня есть возможность быть полезным. Принятие подобного закона должно быть, но, по-моему, произойдёт это нескоро.



Благотворительность - традиция Вашей семьи. В России много богатых людей, но уровень благотворительности очень низкий. Изменится ли ситуация?

Шереметевы всегда были меценатами и очень много средств выделяли на благотворительность. Они были очень благородными людьми. После революции Шереметевы оставили в России всё самое красивое: Фонтанный дом, Михайловский дворец, Останкино, Астафьево, Кусково, Странноприимный дом и многое другое. Их жизнь была всегда тесно связана с государством и русским народом, они не мыслили для себя другой доли. Нынешние русские капиталисты лишены этого, вся их жизнь исключительно для себя. Хотелось бы верить, что и они когда-нибудь придут к пониманию общности со своим народом и страной. 


Вы являетесь учредителем «Шереметев-Центров». Их деятельность распространяется на несколько российских городов…

Да, это мой благотворительный проект. Деятельность «Шереметев-центров» уже происходит в Иваново, Томске, Ярославле и Нижнем Новгороде. Совсем скоро произойдёт открытие пятого «Шереметев-центра» в Ижевске, также в планах открытие центров в Севастополе и Москве. Для меня это громадная радость и громадное достижение!


Они ориентированы только на культуру?

Да, совершенно верно. Центр в Иваново - это хоровое пение, в Ярославле - это историко-культурные и семейные ценности, в Томске - это скрипичная школа, в Нижнем Новгороде - это также хоровое пение. В планах - работу центра в Севастополе направить на развитие музыки в целом, Ижевский «Шереметев-центр» будет располагаться на родине П.И.Чайковского, в Удмуртии, что предопределяет его деятельность. Московский «Шереметев-центр» ещё пока не имеет четкого плана деятельности. На самом деле, все эти центры имеют большое значение для таких городов, в которых они находятся. 


Все эти центры дают мне возможность осознания полезности своей жизни. Я до сих пор работаю и продолжаю добиваться поставленных целей. Кроме «Шереметев-центра», у меня ещё есть удивительный международный проект, который сможет привлечь внимание к русской культуре большого числа международных деятелей и меценатов. Я сам являюсь членом нескольких подобных международных клубов. Создание такого клуба необходимо русской культуре, но пока для воплощения в жизнь такого проекта нужно пространство, а мне не дают в аренду своё собственное помещение, которое уже давно не используется.  



Мне бы хотелось обсудить очень важную проблему - проблему культурного наследия. В одном из своих интервью Вы сказали: «На трёхсотлетие Петербурга меня заставили заплатить за аренду своего дворца». Возможно ли развитие культуры в нашей стране в подобных условиях?

Я, конечно, был ошеломлён тем, что меня заставляют платить аренду в три тысячи долларов за организацию мероприятия, посвященного трёхсотлетию Петербурга. В Фонтанном доме я должен был организовать приём и концерт. Прилетел в Петербург я не один, меня сопровождали двое выпускниц консерватории им.С.В.Рахманинова. На это мероприятие мною было приглашено множество людей самых высоких уровней - это и министры, и премьер-министры, и послы, и многие другие почтенные гости.

Что касается культуры, то я не понимаю, как русские не могут любить свою культуру. Моя семья всегда развивала и ценила культуру. Это пример образованных и достойных людей. 


Прошлый год в России был годом С.В.Рахманинова и очень много шума наделала история, связанная с продажей его имения «Сенар» в Люцерне. Что Вы думаете по этому поводу? 

Это ужас. Это позор. Я просто в шоке. Такое место должно быть сохранено как музей! В России, к сожалению, люди, которые имели отношение к культуре, не всегда чисты на руку.


Вы говорите о коррумпированности?

Мне бы не хотелось произносить такие страшные слова, но, к сожалению, так и есть. Хотя мне это не понятно. Ведь, если люди всё время занимаются потребительством, то почему бы им, всего раз, не отдать самую малую часть на благотворительность? Но подобного не происходит, хотя они могли бы как-то помочь! Это очень неожиданно, потому что русский человек щедрый по природе своей.   



Не так давно на аукционе Sotheby’s была продана уникальная коллекция фамильных ценностей семьи Романовых. По-Вашему, подобные вещи должны хранится в частных коллекциях или передаваться в хранилища государства, из которого когда-то были вывезены?

Вы знаете, всегда, во многих городах мира продавались коллекции, принадлежащие той или иной династии. Но то, что сейчас существует кто-то из династии Романовых, кто мог бы продавать какие-то предметы и вещи, я сомневаюсь. Моя троюродная сестра Ксения, урождённая Шереметева и внучка Феликса Юсупова, который был из семьи Романовых, одна из последних, кто мог иметь нечто подобное из ценностей. Она продавала немало чего, а я эти реликвии покупал! Вещи, которые попадали в Европу после второй мировой войны и были украдены, но принадлежали моей семье, мне пришлось выкупать на аукционах, что я и делал. Например, выкупил часть сервиза, который был сделан специально для останкинского дворца, и я это сделал ещё 25-30 лет назад, когда не был богат, хотя и сейчас я небогатый человек, если сравнивать с моей семьёй. Я участвовал в аукционе против Министерства культуры России, Исторического музея и так далее. Сейчас я не знаю, кто из Романовых, которые на сегодняшний день не существуют как единая семья, может что-то продавать. Но даже если есть нечто подобное, то на мой взгляд, всё это должно оставаться собственностью наших семей и храниться в частных коллекциях, а не в музеях.  


У Вас есть возможность следить за развитием России, как находясь внутри политической жизни, так и вне её. В Европе отношение и мнение о России формируется благодаря СМИ, как к стране с не совсем правильной политикой. Так ли это, если рассматривать на примере Франции?

Во Франции достаточно отрицательный взгляд на политику России, потому что русские предпочитают покупать футбольные клубы, яхты, дворцы на Лазурном берегу и так далее. Русские любят выделяться… Для Европы, Россия - это страна с совершенно неправильной политикой.


Разве это плохо сказывается на французской экономике?

Я не говорю, что это плохо. Просто никакой пользы это не несёт. Это вопрос, который затрагивает достоинство русской культуры.



Вы возглавляете Международный Совет Российских Соотечественников. Из-за бюрократических проволочек возникают большие сложности с получением документов по возвращению в Россию. Будет ли решение этой проблемы?

Двенадцать лет назад я был избран президентом президиума российских соотечественников, находящихся за рубежом. Отслужив не один срок, а четыре, в этой должности, я оставил пост и сейчас являюсь почётным президентом всего Союза Соотечественников. И сегодня я президент 40-45 миллионов человек! И я очень счастлив осознавать то, что меня судьба побаловала! 


Закон о соотечественниках не до конца сформирован, но сформирован достаточно, чтобы принимать меры, направленные на благо наших соотечественников за рубежом. Активно в его формировании принимает участие и МИД России, во главе с уникальным дипломатом С.В.Лавровым. Глава российского МИДа безусловно знает, что значит помощь соотечественникам. Я явлюсь членом координационного совета МИДа России, и я знаю, что С.В.Лавров очень много усилий прикладывает к решению этой проблемы.  


В законе о российских соотечественниках понятие «соотечественник» довольно размыто, а какое определение Вы можете дать этому слову. Кто для Вас соотечественники?

МСРС (Международный Союз Российских Соотечественников) очень долго не был признан и государство попросту отказывалось признавать своих соотечественников, но президент России В.В.Путин принял решение включить МСРС в список организаций, которые приходят на помощь и интересуются жизнью соотечественников. Такому решению я могу только радоваться. Соотечественники - это люди которые живут за рубежом, многие уже более ста лет, и их жизнью никто никогда не занимался и не интересовался. И только сейчас этому вопросу начали уделять внимание. Когда Россия примет решение выдать гражданство всем этим людям, а их около 45 миллионов, то количество голосов, во время предвыборной компании, может резко увеличиться в пользу того или иного претендента на власть. Я не знаю, будет ли принято решение с возвращением гражданства этим людям, потому что в той или иной степени это ответственность и воздействие на политику страны.



Пётр Петрович, я благодарю Вас за интервью, это большая честь для меня – быть приглашённой в Ваш дом. Вы удивительный человек, глубоко преданный русской культуре и русскому народу. Таких людей должно быть больше…

Спасибо за добрые слова, я очень рад, что Вы пришли. Мы должны способствовать развитию культуры в России, это очень важно для меня, моя жизнь тому доказательство. Есть надежда, что будут люди, которым также важна наша национальная самобытность, наша культура, искусство. Я верю в это! 




Катерина Гольтцман



 

Рекомендуем

Артист. Истинно народный
Ихний экспрессо. Наиболее распространенные ошибки в речи
Сэм Браун - путь к славе
Акира Куросава - "Готов ли ты перейти в мир иной?" - "Нет, ещё нет…"
«Мушкетер нашего времени. Святослав Бэлза»
PAULA-SILENT CONVERSATIONS
Волшебные сыворотки. Часть первая
Алексей Баталов — главный интеллигент Советского Союза
Мстислав Ростропович. Его имя – бессмертно, его музыка - вечна
MBFW Russia осень-зима 17/18. Day 3