Партнеры Живи добром

В публичном доступе («Коммивояжер» реж. Асгар Фархади)


"Коммивояжер"

Иранский режиссер Асгар Фархади давно заслужил уважение самой взыскательной публики. За ленту «История Элли» он получил Серебряного медведя («лучшая режиссерская работа») на Берлинском фестивале (2009), через три года «Развод Надера и Симин» принес в его копилку «Оскар» и «Золотой глобус» («Лучший фильм на иностранном языке»), фильм также забрал «Золотого медведя» в Берлине (2011). 2 февраля в российский прокат выходит новая работа прославленного режиссера, которая уже успела завладеть вниманием искушенного зрителя: его «Коммивояжер» – номинант на получение премии «Оскар» в категории «Лучший фильм на иностранном языке».

Фархади один из тех мастеров кинематографа, кто очень аккуратно, но внимательно наблюдает за разворачиванием эмоционально и этически перегруженных событий, происходящих в повседневной жизни, за тем, как ведут себя втянутые в них люди. Его наблюдения психологически точны, режиссер не пытается показать на экране очередного праведника, не то брезгливо, не то сочувственно поглядывающего на свое окружение. Фархади выверено передает реакцию обычного человека так, что переживания многочисленных героев его фильмов понятны и узнаваемы и в Европе, и в Азии.

Главные герои «Коммивояжера», супруги Рана (Таране Алидости) и Эмад (Шахаб Хоссейни), вынужденно переселяются на новую квартиру. Их прежний дом находится в аварийном состоянии, плохо спланированные действия строителей привели к утечке газа и появлению трещин в стенах высотки. Времени на раздумья у молодой пары не было, и они с благодарностью встретили предложение своего знакомого Бабака (Бабак Карими), снять у него жилье на очень привлекательных условиях. Но у женщины, занимавшей апартаменты до них, есть свои секреты, и Рана становится жертвой прошлого злосчастной квартиры.

Фильмы Фархади характеризуются особой недосказанностью: до последних сцен зрителю приходится самому брать на себя ответственность и решать, что же именно произошло, а после догадываться, каковы дальнейшие последствия у рассказанной иранским режиссером истории. (Или же просто, стараясь поскорее сгладить впечатление от ленты, невнятно проговаривать, что ж поделать такова жизнь, а фильм подкрался к ней на рекордно близкое расстояние.) В «Коммивояжере» почерк Фархади вполне читаем: за кадром остается само покушение на Рану, и о том, что же именно произошло с девушкой ее муж и мы с вами узнаем только со слов потерпевшей и из догадок соседей, которые вопреки заверениям Раны и уликам, оставленным испуганным обидчиком, предполагают, что случилось самое страшное. Их домыслы и намеки подливают масло в огонь. Эмад начинает свое расследование.

Фархади указывает на противопоставление пространства личного и публичного, точнее невозможность их четкого разграничения, что, однако, не говорит о том, что они спокойно пересекаются. Их столкновение в «Коммивояжере» травматично, хрупкий уютный мирок Эмада и Раны рассыпается в прямом и переносном смысле. Рушится их дом, рушатся их отношения, которые выворачиваются наизнанку любопытными соседями и друзьями, не чувствующими границ приватного мира. Не спроста супружеская пара играет в любительском театре. Репетиции, спектакли, в которых участвуют герои Таране Алидости и Шахаба Хоссейни, закулисье, взаимоотношение внутри труппы – все это играет на различение приватного и интимного. Рана и Эмад выставлены на обозрение других людей, увлеченных драматическим происшествием в их семье.

Любопытны и сопоставления истории Раны и Эмада с пьесой Артура Миллера «Смерть коммивояжера», в постановке которой задействована пара. Нельзя сказать, что произведение американского драматурга зеркально отражается в «Коммивояжере» Фархади, или наоборот. Тем не менее отсылки к пьесе Миллера добавляют фильму объем и дополнительные грани в характерах персонажей, заставляя проводить параллели между Раной и Линдой, Эмадом и Вилли Ломеном.  

Из-под «пера» Асгара Фархади вновь вышла психологически достоверная драма, нюансированная и многослойная, аккуратно скроенная и смелая. В «Истории Элли» и «Разводе Надера и Симин» магистральным был вопрос об ответственности за жизнь и честь другого человека, мало знакомого, чья история напряженно и скрупулезно выводилась иранским режиссером в конфликтной ситуации, подспудно высвечивая характеры всех персонажей фильмов. В «Коммивояжере» Фархади нащупывает еще одну из возможных точек, с которой можно взглянуть на проблему ответственности за другого. В картине она плотно сплетена с болезненным желанием мести у Эмада, не/способностью простить, перспективой дальнейшей семейной жизни и самое тяжелое – с вопросом о женской чести и досужего любопытства, наивного и беспощадного.


"Коммивояжер"

Елена Громова


 

Рекомендуем

Шекспир по-русски. Анонс
Константин Батюшков. Опыты в стихах и прозе
Зиновий Корогодский – символ целой театральной эпохи
Уильям Стайрон: исследователь человеческих мук
«Hollywood»: здесь осуществляются мечты
Интервью с Дашей Гаузер
Айзек Азимов «Три Закона Известности»
«Главное, чтобы костюмчик сидел»
Путь к бессмертию или как издать книгу
Всё что нужно знать о Джорджио Армани