Партнеры Живи добром

Все, что вы хотели знать о декадансе, но боялись спросить

Декаданс. Красивое слово, которое при произношении будто совершает некий танец на языке. Этим словом сегодня пользуются довольно часто, применяя его к самым разнообразным вещам – от музыки до высокой моды. Зачастую причиной этому становится просто его красота и романтичная мрачность. Декадентскими сегодня любят называть воздушные черные платья, достойные современниц Эдгара Аллана По, удушливо-печальную музыку, витиеватые стихи о боли и смерти и многое другое, полное потусторонней мистики. Однако за словами всегда стоит долгая история. Раз уж слово «декаданс» снова танцует у людей на языках, стоит заглянуть за его оболочку и узнать, есть ли там что-то столь же мрачно прекрасное, как и его звучание.

Как и многие другие красивые слова, «декаданс» появился на свет во Франции. Термин этот был введен французскими историками в середине XIX века для того, чтобы кратко и емко обозначить один интересный период. Только этот период не имеет отношение к истории Франции, как многие думают. Термином «декаданс» изначально описывались события, имевшие место в Римской империи конца II-IV вв. Распад нравов, усиление социальных противоречий, политический и экономический кризис вызвали удивительный подъем культуры и искусства. В умах римских писателей и философов царили мистические и оккультные настроения, неудовлетворенность настоящим заставляла их романтизировать древность и вернуться к архаике, как в стиле, так и в языке. Именно в этот период жил и творил Апулей, автор знаменитого «Золотого осла», повествующего о похождениях беспутного знатного юноши Луция. Неприкрытый эротизм, колдовство, язвительная ирония и высмеивание безнравственности общества в этом романе отражают всю суть упадничества, пропитавшего римскую жизнь той эпохи. Помимо Апулея римский декаданс воплощали в своих произведениях такие авторы, как Плутарх, Петроний и Лукиан, называемый «Вольтером древности». Вывод из всего этого напрашивается один: кризис общественной и политической жизни зачастую служит стимулом для расцвета культуры, насыщает ее и обогащает.  

Римский декаденс

Итак, декаданс хоть и означает упадок и кризис, относится скорее к области культуры, развивающейся и цветущей в непростые для общества годы. Позже этим словом стали описывать тот тип мировосприятия и комплекс умонастроений, который сложился в культуре конца XIX века. Болезненная чувствительность, душевная усталость и апатия, крайний индивидуализм и пессимизм, а также стремление убежать от действительности стали определяющими в европейской культуре рубежа веков. И снова источником таких упаднических настроений в умах писателей, философов, поэтов и художников стал кризис общественного сознания. Основатели декаданса стремились избавиться от старых течений в искусстве и создать новые, соответствующие усложненному мироощущению человека того времени. Стремясь к полной свободе творчества, авторы отказались от политических и гражданских тем и обратились к мотивам небытия и смерти, отрицанию исторически сложившихся духовных идеалов и ценностей, воспеванию хрупкости красоты и любви. Одним из инструментов декадентов был эпатаж читателя и зрителя. Эпатаж воплощался в парадоксах, символах, эротизме, чувственности и мистике. Декадентское искусство рубежа веков стало таким знаковым и ярким, что первоначальное значение слова, описывающее период древнеримской истории, затерялось в пыльных архивах.  Новые декаденты были весьма сложными натурами и облачили понятие декаданса в пышные вуали загадочности и запутанности. Дать одно четкое определение красивому слову стало не так-то просто. Все декаденты имеют совершенно разное мнение относительно того, что заключает в себе это понятие. Для многих декаданс неразрывно связан с символизмом. Федор Сологуб называет декадентство методом для различения символа, художественной формой для символистского содержания, «мировоззрения»: «декадентство есть наилучшее, быть может, единственное, орудие сознательного символизма». Омри Ронен писал, что декаданс является «не стилем и даже не литературным течением, а настроением и темой, которые, в равной мере, окрашивали и искусство, и научную, философскую, религиозную и общественную мысль своего времени». Красиво, витиевато, таинственно, как влажные черные глаза прерафаэлитских дев. 

Прерафаэлиты

Суть декаданса и его философская составляющая стали по мере возможностей ясны. Посмотрим, как мысли декадентов раскрывались в разных формах искусства, и начнем с литературы. Божественное упадничество сочится из стихов Шарля Бодлера, Теофиля Готье, Поля Верлена, Артюра Рембо. Они задали тон, который немедленно подхватили русские символисты Бальмонт, Сологуб, Мережковский, Гиппиус, Брюсов. Все они писали совершенно по-разному: у одних реальность вызывала медленно стекающие по бледным щекам слезы, другие бросались в нее грубыми и агрессивными строчками, а третьи воспевали исключительно идеалы Античности. Пышная и детальная форма в стихах так плотно окутывает содержание, скрывая его от внешнего мира, что понять всю суть декадентской поэзии очень непросто. Это искусство не для публики, но для самого искусства. Этакий огромный синий бриллиант на дне Марианской впадины, до которого никто не может добраться. Что касается драматургии, нельзя не вспомнить, конечно, «Синюю птицу» Мориса Метерлинка о вечном стремлении человека к счастью и постижению бытия.

4.jpg

Особо выделить стоит один блистательный дуэт, который станет плавным переходом от декадентской литературы к декадентской живописи. Речь идет о захватывающей дух гармонии, которой добились в своей совместной работе писатель Оскар Уайльд и художник Обри Бердслей. Эти два англичанина создали совершенный образец литературного и художественного декаданса – пьесу «Саломея». Обращаясь к библейскому мифу о царевне Саломее, потребовавшей за свой танец от царя Ирода голову пророка Иоканаана, Уайльд переосмысливает его в духе декадентской эстетики. В пьесе царит атмосфера тревоги, болезненной эротики, мистики. Эти ингредиенты своими тончайшими черными линиями, драматичными фигурами и невесомыми композициями изобразил на бумаге Бердслей. Удивительный диалог между словами писателя и рисунками художника – это и есть «Саломея». Последним фантастическим штрихом в этой истории стал одноименный немой фильм, снятый в 1922 году Чарльзом Брайантом и Аллой Назимовой. Слова Уайльда не звучат, но читаются во взглядах и пластике тел, а обрамляют все это декорации и костюмы, повторяющие мысли Бердслея.

Уайльд

Балансируя между безумием и странными снами, Бердслею вторили многие художники. Врубель с его глубокими густыми цветами и образами, американка Ромейн Брукс с ее холодными портретами, прерафаэлит Россетти и его волшебные полотна, Франц фон Штук и его демонические создания – это лишь немногие, кто проиллюстрировал дух декаданса. Как и в случае с литературой, каждый декадент от живописи представляет эстетику божественного упадничества абсолютно по-разному. Прерафаэлиты отдавали предпочтение мифическим, сказочным, а иногда и библейским сюжетам, другие мастера фиксировали реальность, но оттеняли ее нотами меланхолии и мрачности, и все это творилось каждым художником в своей уникальной технике.

8.jpg

Что касается музыки конца XIX – начала XX века, то в ней дух декаданса отразился несколько иначе, чем в литературе и изобразительном искусстве. Неудивительно, ведь у музыки всегда особая история. Музыку рубежа эпох можно охарактеризовать двумя категориями, и можно сказать, что они обе проистекли из декадентских идей. Первый путь, по которому пошла тогда музыка – это новый взгляд на мифы, легенды и сказки. Их воплотили в нотах Чайковский, Римский-Корсаков, Бородин, Рихард Штраус. По второму пути пошли композиторы-экспериментаторы, целью которых было отречься от старых классических форм и найти нечто, что отразит стремительно меняющуюся жизнь вокруг. Здесь особая роль принадлежит футуристам, воспевателям заводов и механизмов. Они делали с музыкой такое, что тогда было уму непостижимо. Это, в первую очередь, Франческо Прателла, Луиджи Руссоло, Клод Дебюсси. Знаковым культурным событием мирового масштаба стали «Русские сезоны» Дягилева. Они воплотили в себе переосмысление балета, костюма и человеческого тела, не говоря уже о музыке. В ней революцию совершил гениальный Стравинский.

Дягилев

Описывать философию и искусство можно бесконечно, краткость тут таланту не сестра. Попробуем подвести некий итог. Декаданс – это не течение и даже не объединение течений. Все, что делали люди, которых именуют декадентами, нельзя назвать так просто одним словом. Лучшего всего будет сказать, что совершенно разные произведения стали реакцией разных людей на одну и ту же реальность – рубеж XIX и XX веков, переломное время, время потрясений. Упадок в обществе, как когда-то в Римской империи, вызвал бурный творческий всплеск и стал началом множества новых течений и поисков новых форм. На этом закончим разбираться в прошлом и начнем подбираться к настоящему.

Итак, декаданс – это состояние духа, настроение, в котором пребывает довольно большое количество людей. Наверное, поэтому достаточно часто можно услышать это слово применительно к бурным вечеринкам 1920-30-х годов. Как многим должно быть известно из истории, это был ужасный мировой экономический кризис. Это, во-первых. Во-вторых, 1920-е и 1930-е годы – это так называемый период между двумя мировыми войнами, адом, через который уже прошли, и подсознательным предчувствием ада, через который предстоит пройти. У Пушкина есть маленькая трагедия, которая называется «Пир во время чумы». Этим именем и можно назвать те яркие, сверкающие и безбожно дорогие вечеринки, которые устраивали богачи в 1920-30-е годы. Жажда спрятаться в бокале шампанского от ужасов недалеко прошлого, холодного настоящего и темного будущего. Как военная форма скрывает бойца от врага, так блестки и перья скрывали леди и джентльменов от их страхов, отчаяния и разочарований. Пир во время чумы стал синонимом декадентскому настроению. Искусство, конечно же, снова обогатилось: певцы «потерянного поколения» Фицджеральд, Миллер и Хемингуэй, художники Тамара де Лемпицка, Пабло Пикассо и Ман Рэй, стиль ар-деко и такой джаз, который говорит: «Жизнь прекрасна, не смотри за окно».

Гетсби

 Что же происходит сегодня? После всех этих тысяч слов нетрудно оглядеться и понять, что сегодня имеет место очередной общественный и политический кризис, а также реакция на него творческих людей. Мы снова погрузились в декадентское настроение, и кто-то в нем попросту тонет, кто-то выплескивает недовольство реальностью в искусство, а кто-то наряжается в блестки и перья и танцует. Упреждая фразу «ничего нового не происходит», скажем: происходит новое, происходит каждый день. Кто-то пишет стихи, кто-то – роман. Кто-то рисует на маленьком или большом холсте или листе бумаги. Кто-то репетирует новую песню, а может быть симфонию. Кто-то учится у прошлого, а кто-то бьется над новыми формами. Тем более что сегодня можно все. В конце концов, кто-то безудержно веселится с бокалом шампанского, и это тоже прекрасно. Вот это и есть декаданс. И последнее: здесь ведь доказано, что божественное упадничество и грусть могут быть созидательными, не так ли?


Катерина Мячикова




 

Рекомендуем

В пух и прах. Всё о пуховиках и главных тенденциях зимы-2016
Пол Ньюман. Провал не остановил его
Александр Лазарев. «В созвездии козерога»
"А чего вы тут делаете,а?" или взлёты и падения Элема Климова
Как увлажнить кожу в мороз? Vichy, Olay, Biotherm — выбираем лучшее
Burberry. Не каждый осмелится быть таким «простым» художником
Поездка в Лондон с нуля
Кино. Оскар: мечты о золоте
Кино. Премьера. "Стартрек: бесконечность"
Федор Петрович Толстой. История о том, «как в одном русском человеке соединилась вся Академия Художеств»