Партнеры Живи добром

Рудольф Нуриев - «Чингисхан танца»


Когда видишь Нуриева танцующим, кажется, что это и есть его естественное, органичное состояние. Он искрится, как огонь, брызжет, как фонтан, и понимаешь, что в эти минуты и часы, пока он на сцене, он живёт! Его темпераментность вызывает отклик в душе даже самого равнодушного к балету зрителя. Темпераментность Нуриева родилась в результате смешения двух кровей: татарской и башкирской. Его родители были мусульмане: мать родом из Казани, а отец – из деревни под Уфой. А сам мальчик родился в Транссибирском поезде в 1938 году где-то на пути из Уфы во Владивосток.


Рудольф Нуриев/Rudolf Nureyev


Темперамент Нуриева проявился не только в его манере исполнения, но и в стиле жизни. Ещё в детстве энергичность и безусловные способности выделяли Рудика среди остальных в танцевальном кружке при Уфимском дворце пионеров, а впоследствии в детском национальном ансамбле «Журавлиная песня», где его талант заметила руководитель, бывшая артистка Кировского театра Елена Войтова. Она рекомендовала отправить мальчика на учёбу в балетное училище. 


Несмотря на сопротивление со стороны отца, благодаря своей природной энергии и настойчивости, Нуриев покидает Уфу и поступает в училище имени Вагановой в Ленинграде. Весь интерес и все свои силы юный Рудольф сосредоточивает на балете, не особо заботясь о своей успеваемости по остальным предметам.


По окончании училища в 1958 году Нуриеву поступает приглашение сразу от трёх ведущих театров Советского Союза: Ленинградского Кировского театра (ныне Мариинский театр), а также Большого театра и Музыкального театра им. Станиславского в Москве. Он принимает приглашение от примы Кировского театра Наталии Дудинской, становясь её партнёром. С самого начала своей карьеры Нуриев исполняет ведущие партии в балетах «Лебединое озеро», «Жизель», «Спящая красавица», «Баядерка» и других спектаклях классического репертуара.


Рудольф Нуриев/Rudolf Nureyev


Казалось бы, чего ещё нужно молодому начинающему артисту балета? Но Нуриев не может на этом успокоиться. Из-за жёсткого характера и большого таланта у него возникают разногласия с остальными членами труппы, он привлекает к себе внимание госорганов, которые начинают пристально следить за каждым шагом танцора. Нуриев не выдерживает давления, и 16 июня 1961 года он делает то, что впоследствии пресса назовёт «прыжком в свободу» – во время гастролей Кировского театра в Париже он решает не возвращаться обратно в Советский Союз. В «Автобиографии» он об этом написал так: «Я сделал самый длинный, самый волнующий прыжок за всю мою карьеру и приземлился прямо в руки двух полицейских. «Я хочу остаться», – задыхаясь, произнёс я. «Я хочу остаться»». На этот отчаянный шаг Нуриева толкает ещё и нетрадиционная ориентация, за которую на родине ему грозили лагеря или тюремное заключение. 


Став «невозвращенцем», Рудольф Нуриев танцует на сцене Ковент-Гардена в составе труппы Королевского балета в Лондоне, где его партнёршей становится Марго Фонтейн. Их сценическое взаимодействие было столь органичным и проникновенным, что ходили слухи о возможном романе. Сам же Рудольф говорил: «Когда мы были на сцене, наши тела, наши руки соединялись в танце так гармонично, что, думаю, ничего подобного уже никогда не будет, Она была моим лучшим другом, моим конфидентом, человеком, который желал мне только добра». 


Рудольф Нуриев/Rudolf Nureyev


В Копенгагене Нуриев знакомится с танцором Эриком Брюном – полной противоположностью его самого. Они восхищены друг другом, талантом и танцем, и на этой почве между обоими возникают более чем дружеские отношения, длившиеся до самого конца жизни Эрика.


К Нуриеву приходит успех и оглушительная слава по всему миру. Он танцует в Европе, США, Японии, Австралии, работает с лучшими хореографами: Р. Пети, М. Бежаром. 1975 год стал пиком его исполнительской карьеры – в этот год число выступлений достигло 300! Нуриев поднимает роль солиста на новый уровень – теперь он представляет самостоятельный интерес, несёт смысловую и эмоциональную нагрузку. «Мир, несомненно, знал и более сильных в техническом отношении танцовщиков, обладавших совершенными линиями. Но ещё не появился ни один, хоть бы отдалённо напоминающий этого тонкого, дикого Пана, который сумел развенчать в глазах публики привычного принца, вечно стоящего «на подхвате», и превратить его в звезду столь же яркую и сияющую, какими были до него лишь балерины», — пишет в книге «Рудольф Нуриев. Человек-легенда» Отис Стюарт.


Следующим творческим этапом становится назначение Нуриева директором балетной труппы парижского театра Гранд-опера. Своим сильным и порой жёстким характером он объединил труппу, поначалу сопротивлявшуюся его подчиняющему началу. Но всё же он с успехом сделал своё дело. «Я глубоко уважаю сделанное им для театра, — отзывался о работе Нуриева хореограф Джером Роббинс. — Он вытащил труппу из депрессии и научил её соблюдать дисциплину, поставил определённую цель. Он был искренне заинтересован в балете и артистах и действительно создал хорошую, профессиональную труппу». 


Ив Сен Лоран и Рудольф Нуриев


Однако было множество противников действий Нуриева. Он нажил в труппе себе врагов, исполняя партии самостоятельно и не давая прохода другим солистам.


Когда весь мир захлестнула «Руди-мания», на Нуриева градом посыпались деньги. Он жил шикарно, имея яхты и дома по всей Европе, счёт в швейцарском банке. Он зарабатывал деньги на том, что он любил больше всего – балете. С каким азартом Нуриев танцевал, с таким же азартом включался в богемную, светскую и общественную жизнь.


Весь стиль жизни Нуриева был свободным, импульсивным, хаотичным и энергичным, как и он сам. «Рудик» любил вытворять разные причуды, снимая обувь в присутствии английской королевы, разбивая тарелки на светских приёмах, одеваясь в парчу и меха – в нём бурлила восточная кровь. Он всегда поступал импульсивно, но так, как того сам хотел, несмотря на все условности.


Рудольф Нуриев / Rudolf Nureyev


Хореограф и близкий друг Нуриева Ролан Пети вспоминал: «Весна 1989 года. Ужин у Нуриева после представления сцены из «Собора Парижской Богоматери» в Гранд-опера. Воск со свечей на люстре из русской меди капля за каплей падает в тарелки и жемчужинами застывает на устрицах, которые мы едим … Нас окружают картины всех размеров, всех эпох, изображающие Нептунов, Икаров, других мифологических героев, обнаженных и возбуждающих».


В 1984 году Нуриеву поставили пугающий диагноз: СПИД. Но тот отнёсся к этому вполне спокойно, начав курс лечения современными препаратами и прожив с этой болезнью ещё 8 лет. Своё двадцатимиллионное состояние Нуриев завещал после смерти двум фондам по борьбе со СПИДом.


Покинув Советский Союз, Нуриев всё же не смог окончательно забыть Родину. В 1989 году он выступает на сцене Кировского театра в балете «Сильфида». После почти тридцатилетнего отсутствия вновь встречается с семьёй. Незадолго до своей смерти Нуриев стал за дирижёрский пульт в Казани. 


В 1991 году в возрасте 54 лет Нуриев скончался и был похоронен согласно его желанию в Париже на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. Но его неистовость и страсть заставляют вспоминать о нём и до сих пор, будоражат весь мир.



Дарья Пушко



 

Рекомендуем

Тепло музыки «Загадочного Немена»
Юкио Мисима. Танец со смертью
Как герой, столь славный своею мудростью, неистов стал от любви
Бедный непонятый Василий Кандинский
Основоположник романтизма Франсуа Рене Шатобриан
Синклер Льюис. Писатель на языке 120 млн. человеческих душ
В плену внутренних границ ("Теснота" реж. Кантемир Балагов)
Музы и кутюрье: высокая мода как результат сотрудничества
Сломанный драйв ("Малыш на драйве" реж. Эдгар Райт")
Том Стоппард. Борец за добро и справедливость