Партнеры Живи добром

Последний герой


Он не знал, что это его последний концерт. Он не знал, что в последний раз видит это человеческое море рук и лиц. В Олимпийской чаше снова зажгли огонь. В первый раз спустя десять лет. Крики, свист, пузырящиеся полотна флагов советского союза и триколора в одной толпе. Над сценой огромный экран, где на чёрном фоне белыми буквами написано «Кино». И Oн тоже весь в чёрном с белой гитарой в руках. Так 24 июня 1990 года начался последний концерт Виктора Цоя на Большой спортивной арене Лужников. 


Виктор Цой


«Звезда по имени солнце» - первая песня на этом концерте и первая песня в творчестве ленинградского рок-музыканта. В ней заключён образ того самого недосягаемого героя-одиночки, которым и стал Цой для миллионов. 


Сдержанность и даже аскетизм творчества Виктора Цоя был во всём: начиная от прозрачных и точных строчек его текстов и заканчивая внешним видом. Вот он стоит на сцене, широко расставив ноги с гитарой наперевес. В каждом его мускуле застыло напряжение, в каждое свое слово он вкладывает невероятный смысл, разрывая струны гитары. Он сам как натянутая струна. Резкое движение головой влево и вверх – Виктор Цой закончил свою песню. 


Виктор Цой


Цой родился в нужном месте и в нужное время. Протест в его творчестве против серости и обыденности современной жизни, против обволакивающей всё вокруг тоски совпадал с политическими настроениями в обществе и находил отклик в сердце каждого слушателя. Протест был и во всей жизни Цоя: он никогда не хотел быть как все, он хотел сбежать от этой серой советской действительности, уравнивающей всех и вся. 


Виктора Цоя отчислили из художественного училища за неуспеваемость. От армии он «косил», сбежав в психбольницу.  Потом учился в ПТУ, работал в реставрационных мастерских, где доводил мастера до белого каления своей неисполнительностью. Он был всегда занят чем-то своим: вырезал из дерева фигуры для детских площадок, рисовал плакаты с портретами Джорджа Харрисона. Но несмотря на то, что везде он был на плохом счету, рок-музыкант никогда не опускался на самое дно, в его мраке всегда была надежда на свет. Лишь в одном месте Цой мог быть самим собой: в своей кочегарке, которая была прозвана «Камчаткой». Здесь он сочинял свои песни, придумывал аранжировки, встречал друзей. 


Виктор Цой


Рок-музыкант хотел скрыться от всего мира, спрятаться от серых будней. «Кино» - простое слово из четырёх букв как нельзя точно характеризует это желание. Иллюзорность и в то же время возвращение в суровую действительность, а, может, и что-то большее таится в этом тёмном зеле с горящим экраном. 


Виктор Цой ушёл из жизни 15 августа. Не прожив и двух месяцев после своего последнего концерта. Это случилось на трассе «Слока-Талси» в нескольких десятках километров от Риги. Он заснул и не справился с управлением. Рок-музыкант как будто предчувствовал свою смерть, но никогда не стремился к ней: «Следи за собой! Будь осторожен!»

Уже совсем стемнело. Сценический дым, красный свет и его чёрная фигура, высвеченная белым лучом прожектора. «Мы ждём перемен...» превращается в марш. Последние аккорды, последний рывок головы. Виктор Цой благодарит огромный ревущий стадион, а его слова полны далеко идущих планов...


Смерть таких героев всегда увековечивает их памяти еще глубже. Талант воспринимается острей, а жизнь ярче. Поколения сменяются, и несмотря ни на что, Виктор Цой остаётся кумиром молодых, неокрепшим душам которых так не хватает протеста. Прошло двадцать пять лет, а ничего, кажется, не поменялось. Стены заброшенных домов хранят старые надписи «Цой жив!», сюда приходит молодёжь и снова слушает его песни. Творчество «Кино» продолжает гореть тем самым огнём в Олимпийской чаше, зажженным в честь его последнего концерта, потому что мы снова «Ждем перемен...»



Анна Жондо (Anna Jondot)



 

Рекомендуем

Насилие в искусстве: от эстетизации к ужасу
Новаторство и профессионализм: "Вивальди-оркестр" покоряет большую сцену
Джанни Версаче. Обгоняя время
Параллели сквозь время. Памяти Давида Ашкенази
Полезный совет от Артура Шопенгауэра
Исаакиевский собор. Памятник, музей или храм?
RIFF 2017. Интервью с основателем кинофестиваля
Голди Хоун: с улыбкой по жизни
Волшебник из страны СССР Александр Птушко
Территория искусства. Академия художеств