Партнеры Живи добром

Классика. «Мир входящему» (реж. А. Алов, Вл. Наумов)

"Мир входящему"

Александр Александрович Алов и Владимир Наумович Наумов познакомились еще в студенческие годы: они учились на одном курсе во ВГИКе. Тогда будущие режиссеры, вошедшие не только в историю советского кино, но и мирового кинематографа, даже не догадывались, что их творческий союз подарит зрителям не один фильм. Первая совместная работа режиссерского тандема состояла в завершении работы над лентой «Тарас Шевченко» их учителя Игоря Андреевича Савченко после его смерти. Последний совместный проект Владимиру Наумовичу пришлось доснимать уже без помощи своего коллеги и близкого друга. Александр Александрович Алов умер от сердечного приступа 12 июня 1983 года во время съемок ленты «Берег».

 

«Мир входящему» (1961) – пятый фильм Алова и Наумова. Вопрос о выходе ленты в прокат стоял остро. Недовольство фильмом министра культуры СССР Е.А. Фурцевой стало легендой, сопровождающей работу Алова и Наумова и по сей день. Министру не понравилось, как были изображены солдаты в «Мир входящему»: их грязные шинели не вязались с образом советского солдата-освободителя. Но Алов, прошедший войну, участвовавший в самых масштабных сражениях и контуженный в бою, сумел отстоять свою работу. Ему было хорошо известно, как же выглядел освободитель, уставший и изнуренный. Фильм был выпущен в прокат, но весьма сдержанно воспринят критиками. Не удалось ему избежать сравнений и с работой Г.Н. Чухрая «Баллада о солдате» (1959). В центре повествования двух фильмов – совсем небольшой отрезок времени из жизни молодых людей, за который они сполна изведали ужас войны и познали цену жизни. Как «Баллада о солдате», так и «Мир входящему» - ленты о взрослении, построенные по принципу одиссеи, но пройденные в них пути отличаются.

 

На одну из главных ролей Алов и Наумов пригласили Александра Демьяненко (Шурик из комедий Гайдая). Ему предстояло вжиться в образ только что закончившего военное училище юнца Ивлева. Представления о войне у Ивлева книжные, напыщенные. Он приехал на фронт в самом конце войны и рвется в бой, но на его долю выпадает совсем не геройское задание – сопроводить до госпиталя беременную немку и контуженного солдата Ямщикова. Рукавицын, шофер, доставшийся Ивлеву, в исполнении Станислава Хитрова (Филя Егоров в «Девчатах»), прямая противоположность молодому лейтенанту, рвущемуся в бой. Рукавицын рад тому, что ему не пришлось убивать, и войну он провел за рулем автомобиля. В отличие от Ивлева, он уже успел повидать смерть товарищей на войне, но не потерял чувство юмора и постоянно пытается выдумать новую шутку, хотя, быть может, чувство юмора – единственное, что у него осталось.

 

Его непрекращающаяся болтовня раздражает попутчика, с первых минут знакомства Ивлев убежден в том, что разговорчивый шофер не лучший образчик военного. Оба они поначалу выглядят карикатурно: неоперившийся птенец, мечтающий стать героем, и весельчак-балагур. Но если Ивлеву предстоит повзрослеть за одну ночь, и его напыщенность исчезнет на дороге к госпиталю, то за неумолимой говорливостью Рукавицына скрывается нечто совсем другое. Так, без остановок и не о чем, лишь бы говорить-говорить-говорить, иногда проявляют себя травмы, которым не дается ни времени зажить, ни должного лечения. Бесконечная болтовня Рукавицына, смешная и нелишенная обаяния, - попытка сбежать, заболтать тоску, боль, создать видимость жизни. Этой разговорчивой паре противопоставлены два молчаливых героя.

 

Беременная немка Барбара (Лидия Шапоренко) не знает и слова по-русски. Она не понимает, что происходит, кончилась ли война, и где ее муж. У каждого встречного на их пути немца она пытается узнать, не встречал ли тот ее любимого мужчину. Выкрики Барбары превращаются в вопли отчаянья, в котором беременная женщина захлебывается, предчувствуя, что ее ребенок может расти без отца. Алов и Наумов показали дикое, почти животное страдание того, кто был врагом, подарили «Фрицу» женское, ранимое, измученное лицо.

 

Ямщиков не кричит от боли, как Барбара, и не пытается заболтать свое горе, как Рукавицын. Он потерял слух во время боя и онемел. Для Виктора Авдюшко эта роль стала знаковой. Создавая образ Ямщикова, он был лишен одного из самых главных инструментов актера – голоса, но испытание Авдюшко выдержал успешно. Твердая поступь Ямщикова, угрюмый взгляд, готовность пожертвовать собой ради почти незнакомых людей выдают в нем и человека долга, и того, кому уже нечего и некого терять.

 

Есть в фильме еще один персонаж, безусловно заслуживающий упоминания, - американец. В исполнении Николая Гринько (Профессор в «Сталкере» Андрея Тарковского) союзник получился веселым и добрым малым, который, несмотря на языковой барьер, понял, что случайные встречные нуждаются в помощи.

 

Но не только четко прописанные характеры главных героев привлекают к себе внимание. С визуальной стороны «Мир входящему» необыкновенно выразительный, эмоционально сконцентрированный и символически насыщенный фильм. Каждый кадр в нем выстроен так, что по отдельности может быть принят за работу современного фотографа, настолько сильны образы созданные Аловым и Наумовым: будь то могильный крест безымянного солдата, который когда-то был сделан из собранных сучьев, а теперь безжизненное дерево проросло, или же изломанные фигуры манекенов, глядя на которые, Ямщиков жует хлеб, или последний эпизод фильма, когда сын Барбары писает на груду оружия. Символизм в фильме основывается на тонкой грани между жизнью и смертью, войной и миром. События в ленте происходят 8 и 9 мая, дорога Ивлева и его попутчиков – переход из войны в мир.

 

Прохладно принятый вначале, фильм «Мир входящему» вскоре был оценен по заслуге и вошел в историю мирового кинематографа как один из лучших фильмов о войне. На Международном кинофестивале в Венеции в 1961 году лента Алова и Наумова была удостоена специальной премии жюри «Золотая медаль», премии итальянских кинокритиков «Кубок Пазинетти» и в 1962 году премии «Фемина бельж» в Брюсселе.

"Мир входящему"

 

Елена Громова


 

Рекомендуем

10 вещей, которые удивили меня в Танзании
Модный эффект Кары Делевинь
Мастер детективной интриги. Джеймс Чейз
Гарриет Бичер-Стоу: литература с запахом либерального дыма
Его иллюстрации складывались в самостоятельную песнь. Евгений Лансере
Максимилиан Волошин. Свободный среди догм
Тайны кино от студентов ВГИКа
36 Международный студенческий фестиваль ВГИК. Итоги
Иннокентий Смоктуновский. 90 лет со дня рождения легенды
Выставка Светланы Мазулевской «Формула любви»